Психолог из Уфы объяснила выбор женщин, влюбляющихся в убийц

Новость о браке 18-летней начинающей журналистки Дианы К. с Ильназом Галявиевым, устроившим массовое убийство в казанской школе в 2021 году, вызвала бурную общественную реакцию. Одни осуждали такой союз, другие пытались понять мотивы девушки. Подобные истории не единичны, и психолог из Уфы Алиса Курамшина объяснила, какие механизмы стоят за выбором женщин, которые влюбляются в преступников и убийц.

По словам Курамшиной, мотивы могут быть гораздо глубже простого объяснения «она влюбилась в монстра». «Для одних девушек связь с известным преступником становится способом почувствовать себя особенной», — говорит психолог. Когда весь мир осуждает человека, а девушка принимает и понимает его, это создает иллюзию исключительности. Она воспринимает себя не как одну из многих, а как ту, кто смогла разглядеть в «монстре» человека, что дает ощущение собственной значимости и уникальности.

Для других, по словам Курамшиной, срабатывает «синдром спасателя». Этот психологический механизм заставляет верить, что любовь и забота способны изменить партнера, исцелить его травмы или «долюбить» до нормального состояния. В случае с заключенными эффект усиливается: женщина видит перед собой «сломленного» человека, нуждающегося в поддержке, и берет на себя роль спасительницы, получая ощущение контроля и цели.

Еще один фактор — желание прикоснуться к чужой известности. Когда преступник становится медийной фигурой, его личность приобретает вес в глазах некоторых людей. «В психологии это называют эффектом „ореола“: человек становится значимым не из-за своих качеств, а потому что о нём все говорят», — поясняет психолог. Девушка может чувствовать, что, находясь рядом с таким человеком, сама становится частью этой истории, приближается к чему-то большому и значимому, что дает иллюзию причастности к событиям за рамками обычной жизни.

Для некоторых женщин важна не столько личность преступника, сколько внимание, которое он привлекает. Такая связь с заключенным проще — она дистанционная, идеализированная и не требует ежедневной рутины, в отличие от реальных близких отношений, требующих доверия, уважения и взаимопонимания, поясняет Алиса Курамшина.

«Но без личного разговора нельзя точно утверждать, что движет конкретной девушкой. В таких случаях можно говорить только о возможных психологических механизмах, а не о причинах поступка конкретного человека», — резюмирует психолог. То есть можно описать типичные сценарии, но нельзя ставить диагноз или делать выводы о мотивах той самой 18-летней девушки. Один из вариантов — эффект Тэда Банди, когда из-за внешности убийцы люди считают его жертвой обстоятельств: в соцсетях девочки 12–15 лет едва ли не обожествляли Ильназа из-за его красоты. Эта теория имеет место, поскольку на момент преступления будущей супруге Галявиева было 13 лет, и впервые она увидела его в суде.

Отбывающий пожизненное заключение 24-летний Ильназ Галявиев женился на 18-летней начинающей журналистке Диане К. Брак был заключен в колонии «Черный дельфин» в Соль-Илецке Оренбургской области.